http://shop.islamtv.ru/ чистое аргановое масло органическое купить.

ИЗ ПРЕДИСЛОВИЯ К ПЕРВОЙ КНИГЕ ОБ ЭСПЕРАНТО

"Международный языкъ"

Варшава, 1887 г.

Предлагаемую брошюру читатель вероятно возьмет в руки с недоверием, с
предвзятою мыслью, что ему будет предложена какая-нибудь несбыточная утопия;
я должен поэтому прежде всего просить читателя отложить эту предвзятую мысль
и отнестись серьезно и критически к предлагаемому делу.
Не стану здесь много распространяться о том, какое громадное значение имело
бы для человечества введение единого, всеми признанного, международного
языка, который составлял бы равнозаконное достояние всего мира, не
принадлежа в частности ни одному из существующих народов. Сколько времени и
трудов тратится на изучение чужих языков, и при всем том, выезжая за пределы
отечества, мы обыкновенно не в состоянии объясниться с себе подобными
людьми. Сколько времени, трудов и материальных средств тратится на то, чтобы
произведения одной литературы присвоить всем другим литературам, и в конце
концов каждый из нас может по переводам знакомиться только с самою ничтожною
частью чужих литератур; при существовании же международного языка все
переводы производились бы только на этот последний, как на средний, понятный
всем, а сочинения, носящие интернациональный характер, может быть, писались
бы прямо на нем. Пали бы китайские стены между человеческими литературами;
литературные произведения других народов сделались бы для нас столь же
доступными, как произведения нашего собственного народа; литература
сделалась бы общею для всех людей, а вместе с нею и воспитание, идеалы.
убеждения. стремления, - народы сблизились бы в одну семью. Вынужденные
делить свое время между различными языками, мы не в состоянии отдаться ни
одному из них, и потому с одной стороны редко кто из нас владеет в
совершенстве даже родным языком, а с другой стороны сами языки не могут как
следует вырабатываться, и, говоря родным языком. мы вынуждены часто или
заимствовать слова и выражения у других народов, или изъясняться неточно и
даже мыслить неповоротливо вследствие недостаточности языка. Другое дело
было бы, если бы каждый из нас имел только два языка, - тогда мы бы лучше
ими владели, а сами эти языки могли бы более обрабатываться и обогащаться и
стояли бы гораздо выше, чем каждый из них стоит теперь. А ведь язык - это
главный двигатель цивилизации: благодаря ему мы так возвысились над
животными, и чем выше стоит язык, тем скорее прогрессирует народ. Различие
языков составляет сущность различия и взаимной вражды национальностей, ибо
это прежде всего бросается в глаза при встрече людей: люди не понимают друг
друга и потому чуждаются друг друга. Встречаясь с людьми, мы не спрашиваем,
какие у них политические убеждения, на какой части земного шара они
родились, где жили их предки несколько тысяч лет назад; но эти люди
заговорят, и каждый звук их речи напоминает нам, что они нам чужие. Кто раз
пробовал жить в городе, населенном людьми различных, борящихся между собою,
наций, тот почувствовал без сомнения, какую громадную услугу оказал бы
человечеству интернациональный язык, который, не вторгаясь в домашнюю жизнь
народов, мог бы, по крайней мере в странах с разноязычным населением, быть
языком государственным и общественным. Какое, наконец, огромное значение
имел бы международный язык для науки, торговли - словом, на каждом шагу, -
об этом, я думаю, мне нечего распространяться. Кто хоть раз серьезно
задумался над этим вопросом, тот согласится, что никакая жертва не была бы
слишком велика, если бы мы могли ею добыть себе общечеловеческий язык.
Поэтому всякая, даже самая слабая, попытка в этом направлении заслуживает
внимания. Делу, которое я предлагаю теперь читающей публике, я посвятил свои
лучшие годы; надеюсь, что и читатель, в виду важности дела, охотно посвятит
ему немножко терпения и внимательно прочтет предлагаемую брошюру до конца.

(...)

a) Я упростил до невероятности грамматику и притом с одной стороны в духе
существующих живых языков, чтобы она могла быть легко усвоена, а с другой -
нисколько не лишая этим языка ясности, точности и гибкости. Всю грамматику
моего языка можно отлично изучить в продолжение одного часа.
Огромное облегчение, которое получает язык от такой грамматики, ясно для
каждого.
b) Я создал правила для словообразования и этим ввел огромную экономию в
количестве слов для изучения, не только не лишая этим языка богатства, но
напротив, делая его, благодаря возможности создавать из одного слова много
других и выражать всевозможные оттенки понятий - богаче самых богатых живых
языков. Этого я достиг введением различных приставок и вставок, с помощью
которых из одного слова каждый может образовать различные другие слова, не
имея надобности изучать их. Например:
1) Приставка mal означает прямую противоположность понятия; следовательно,
зная слово "добрый" (
bona), мы уже сами можем образовать слово "злой"
(
malbona), и существование отдельного слова для понятия "злой" уже является
лишним;
alta высокий - malalta низкий; estimi уважать - malestimi презирать
и т.п. Следовательно, изучив одно слово
mal, мы уже освобождены от изучения
огромного ряда слов, как напр. "твердый" (зная "мягкий"), "холодный",
"старый", "грязный", "далекий", "бедный", "мрак", "позор", "внизу",
"ненавидеть", "проклинать" и т.д.
2) Вставка
in означает женский пол; следовательно, зная "брат" (frato), мы
уже сами можем образовать "сестра" (
fratino); отец patro - мать patrino.
Следовательно, уже лишни слова "бабушка", "дочь", "невеста", "девушка",
"курица", "корова" и т.д.
3) Вставка
il - орудие для данного действия. Например, tranchi резать -
tranchilo нож; лишни "гребень", "топор", "колокол", "плуг", "коньки" и т.д.
4) И тому подобные (около 50).
Кроме того я поставил общим правилом, что всн слова, уже успевшие сделаться
интернациональными (т.е. так называемые "иностранные" слова) остаются в
интернациональном языке неизмененными, принимая только интернациональную
орфографию; таким образом огромное количество слов становится лишним для
изучения; таковы напр. "локомотив", "редакция", "телеграф", "нерв",
"температура", "центр", "форма", "публика", "платина", "ботаника", "фигура",
"вагон", "комедия", "эксплуатировать", "декламировать", "адвокат", "доктор",
"театр" и т.д. и т.п.
Благодаря приведенным правилам и еще некоторым сторонам языка, о которых я
считаю лишним здесь распространяться, - язык делается чрезвычайно легким, и
весь труд его изучения сводится к изучению около 900 слов (считая уже в этом
числе и все грамматические окончания, приставки и вставки), из которых по
определенным правилам без особенных способностей и напряжения ума можно
образовать все слова, выражения и обороты, необходимые в обыденной жизни...
Изучение этого звучного, богатого и понятного для всего мира языка требует
таким образом не целого ряда лет, как при других языках, - для изучения его
вполне достаточно нескольких дней. (...)

(Из предисловия д-ра Эсперанто (Л.Заменгофа) к первому учебнику
международного языка.)